К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Для просмотра тем форума нажимайте на Главное МЕНЮ!

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:14

— Волоки их всех сюда. Последний бой — он трудный самый…

То ли мускулистая фигура, то ли явный идиотизм ситуации сыграли свою роль, но бабулыса в который раз нежно улыбнулась и всего лишь обронила:

— Вот же долбоёб!..

Затем взяла ведро и, по-утиному переваливаясь, грузно покатила свое тело за свежей порцией воды.

Потом они подружатся, она окажется милейшим и безобидным человеком, что вовсе не означает, что она считала психов настоящими людьми.

Медсестры были молоды и страшноваты, а потому сексуально переполнены. Через пару дней он смело хватал их за ягодицы, а они вяло отбивались, не скрывая возбуждения. В итоге дверь, ведущая на улицу через пищеблок, была для него открыта, несмотря на тюремную дисциплину в организации. Свободой не злоупотреблял, но его до странного пугала перспектива потери физической формы. В ту пору он имел 72 с половиной килограмма вполне тренированного мяса и вовсе не хотел изменений этого положения вещей. Открывал пищеблок, забирал спортивную форму из кухонного стола и бегал пятнадцатикилометровые кроссы за час (то есть по четыре минуты на километр — о как!), убивая свои тяжелые служебные мысли и, возможно, лишние калории. Дурдом находился в лесу, рядом имелось даже небольшое озеро, где вполне можно было искупаться после пробежки.

Обследование шло своим чередом После недели ударной, сверхплановой сдачи анализов он попал на прием к своему лечащему врачу — обладательнице еврейской наружности, несексуальных лет и деревянного неподвижного лица. У дамы была красивая славянская фамилия Шмидт, ученая степень кандидата медицинских наук и огромные очки, через которые она воорркенно-мерцающе смотрела на «проявления объективной реальности, данной нам в ощущениях» (В. И. Ленин). За все время пребывания в дурке больной так и не отделался от навязчивого, но вполне естественного желания спереть эти самые очки и выжечь на подоконнике: «Слава КПСС!»

— А что, молодой человек, почему-таки вы не сняли с шеи золотую цепь с крестом? Вы что, с распорядком не близко знакомы?

— Да нет, знаком. Просто я человек набожный, а крест у меня только золотой, другого нет.

— А кому это интересно, я вас умоляю? Снять и сдать родственникам, сделайте такое нежное одолжение, на первом же свидании. Да, еще одно! Иду я на службу в прекрасном настроении и вдруг вижу молодого человека, бегущего по лесу, очень похожего на вас. Вы бежать не можете, потому как у нас больные по лесу не бегают — они у нас уже даже не сидят, они у нас уже лежат! Так это, видимо, брат-близнец. Вы ему таки передайте, что если он еще раз будет замечен в окрестностях больницы, то вам изменят режим содержания.

— А что за режим?

— Еще один вопрос, и будет что внукам рассказать, если, конечно, маразм к тому времени в ежика пыхтящего не превратит.

Пришлось предусмотрительно замолчать. Служба в разведподразделении формирует простые и надежные навыки. Его больше никто не видел в лесу, никто не знал, когда и насколько «болезный» исчезал из поля зрения Пиночета.

Так величали старшую медсестру, всеслышащую и всевидящую гром-бабу. Эта тетя была ветераном психиатрического фронта, сидящим в отдельном (!) микроскопическом кабинете, сделанном, видимо, с пятимиллиметровым припуском от ширины ее необъятных ягодиц.

Навыки навыками, но он не учел фискальные способы сбора информации. Какая-то больная сволочь накапала администрации, что в хозблоке хранится спортивная форма. Девку уволили или перевели в другое отделение, а его вызвала к себе Пиночет. Ситуация отягощалась тем, что времена были еще тяжелые. Кроссовки не просто стоили денег, их было не купить, не говоря уж про трусы и майку с волшебным названием «Nike».

— Твое?

— Мое…

— А что это ты так на меня зыркаешь? Сейчас возьмешь ножницы и все порежешь на тряпки, а ботинки эти аляпистые — пополам.

— Что-о?!

— Молчать! Сейчас санитаров вызову! В клетку, в клетку упакую!

— Ах ты, сучка толстомордая, об меня, как о бомжа вонючего, ноги вытирать?! — он подался грудью на человекообразную свинью с крестом во лбу.

Пиночет пронзительно заверещала, налившись соком, поразительно напоминая Синьора Помидора из цветного мультфильма. Она заслонилась короткими пухлыми ручками и на одной ноте выводила, закрыв для уверенности поросячьи глазки:

— Сааааниииитааарыыы!..

Зрелище было настолько уморительным, что он прыснул и буквально загнулся в припадке гомерического хохота. Прибежавшие санитары оторопели. Картина была еще та. Заливающийся слезами, скрюченный в конвульсиях хохота знакомый им «военный», и потерявшая дар речи и возможность подняться со стула, нервно всхлипывающая и булькающая соплями Пиночет…

— Что случилось?

— Да ничего, скучно было. Я состроил рожу и спрашиваю: «Галина Васильевна, а как вы относитесь к анальному сексу?» Ну и глаза вот так, и губу закусил. Откуда я мог знать, что на нее былое нахлынет и каскадный мультиоргазм накроет. Вон как колбасит сердешную. Принесите ей ведро для анализов, а мне — утку и кислородную подушку.

Санитары ползали по полу, а у него случился тот приступ смеха, который убивает пресс, не дает дышать, а когда через пять-десять минут, взяв себя в руки, замолкнешь, стоит взглянуть в пунцовое лицо соседа, и вот уже снова бьешься в судорогах, прося окружающих о пощаде.

Форму не порезали, а просто отправили на склад, а вот с ним стало происходить что-то неладное. Он вдруг стал «притормаживать». Идя «на горшок», натыкался на кресло или стену и замирал в оцепенении, ощущая себя частью неживой природы. Хорошо еще, под себя ухитрялся не надудонить, видимо, сказывались железная воля и годы тренировок!

Как-то с утра, находясь еще в относительной прозрачности мыслей, он попытался проанализировать причину такого глобального отупения. Скорее всего, «это» не в пище, а в тех витаминках-таблетках, которые Пиночет выдает. Неужели травит, падла?

Прежде чем проглотить пригоршню, он попытался визуально определить, что пьет. Надо сказать, к приему лекарств в дурдоме относятся, как к полковому знамени — с трепетом и соответственной ритуальной частью. Больной берет горсть «колес» левой рукой, закидывается и запивает из одноразового стаканчика в правой руке, после этого следует показать руки и открыть рот. В особых случаях Пиночет берет какую-то медицинскую хреновину и ковыряется в полости рта — вдруг больной по растерянности чего не проглотил. «Они, психи, чисто дети незапланированные, живут исключительно с одним девизом: «Время срать, а мы не ели!» Овощи беспонтовые! Что с них взять, кроме бакпосева?».

Среди обычных и знакомых витаминов, реланиума, ноотропила и глюконата кальция он заметил забавные белые капсулки. Точно такие же лежали в чудовищной по размеру банке с надписью на латыни, что-то вроде «неулептил», и примечанием на русском: «Только для клиник». Как фокусник Акопян, он непринужденно зажал это маленькое «муравьиное яйцо» между пальцев и картинно выпил препараты.

— Рот покажи, — процедила «бомба».

— Вот ведь какие фетиши у людей есть. Кто овечьи шарики под языком катает, кто соседские носки нюхает, а кто пломбы у молодых людей считает! Да будьте любезны, как псих — психу! Да с нашим пониманием, все для милых дам!..

Так он избежал первого за неделю впадения в столбняк. Нашел матерого шизика и выяснил у него, что эти малюсенькие капсулы — швейцарский корректор поведения, синтетический наркотик, забивающий психику до состояния полного отсутствия на этой планете. Недопитые капсулы с восторгом принимались местными наркотами и имели бешеный успех.

Месть «кота Леопольда», видимо, не ограничилась только выходкой с таблетками. После очередного обхода его отправили для беседы к светилу отечественных помешательств. Профессор оказался артистично-болезным на голову дядькой, он картинно обхватывал колено бледными пальцами и задавал вопросы, кульминационно закатив глаза. После неведомых ключевых вопросов профессор так расчувствовался, что запрокинул в итоге голову и устремил манерную бородку в потолок. Как со стула не падал — только ему известно, ну и Эмиль Кио, наверное, в курсе…

16
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:14

На итог больному вдруг объявили, что с завтрашнего дня ему будут колоть какой-то сульфазин. На него это не произвело ровным счетом никакого впечатления, хотя врачиха буквально процедила это название сквозь зубы и сделала многозначительную паузу, изучая его немигающими очками. Новость была воспринята с милейшей улыбкой. «Да сделайте такое одолжение — я уколов не боюсь, если надо уколюсь!» Идиот малограмотный!

Сульфазин ставят в полужопицу, предварительно разогрев его для равномерного рассасывания в тканях, что делает концентрацию препарата в месте укола вполне совместимой с жизнью. «Веселка» начинается через шесть-семь часов, когда отрава плавно попадает в кровь. Температура подскакивает до 40 градусов, начинаются дикие ломки, нельзя сидеть, стоять, лежать, очень трудно ходить, прикосновение пальцем к телу вызывает ощущения удара топором. Организм горит огнем изнутри, испепеляя сознание и выматывая до полного изнеможения. Наркоманы всерьез уверяли, что героиновые ломки по сравнению с «сульфой» — детский лепет на лужайке. После всего пережитого почему-то хочется им верить. Пытка продолжается сутки. При «особых» заслугах «сульфу» ставят в четыре точки — лопатки и ягодицы — по 2–3 куба в одно место. Результат достигается поразительный. Если у «буйного» сильное сердце и сразу он не помер, то его крючит по двое-трое суток — причем так, что он просит его пристрелить. Потом достаточно одного упоминания о «сульфе», чтобы прекратить самую сочную истерику.

На все отделение «сульфу» ставили двум «подопытным»: ему и «афганцу», старшему лейтенанту.

После контузии тот с энтузиазмом закурил гашиш, отчего в уже «мягкой» голове что-то чпонькнуло и заработало самостоятельно. Так, «на воле» старлей по ночам отбивался с ножом в руках от наступающих «духов», а днем мог часами снимать растяжки. Учитывая вес в 120 кг и непредсказуемые помутнения рассудка, его определили на «сульфу» еще раньше нашего весельчака. Терпели на пару, причем целью было не захныкать и не просить докторов Менгелей о пощаде.

Курс приема подходил к концу, и на инквизиторские вопросы доктора Шмидт: «Как вам, молодой человек, сульфазин показался? Чувствуете улучшения в мировосприятии?» он вымученно отвечал:

— Все бы ничего, и препарат чудо как хорош, но вот побочные эффекты мучают… Какие? Да, блин, самопроизвольные семяизвержения. Причем странное дело — только увижу белый халат, так и брызгаю! Если вдруг увидите пятна сзади, не удивляйтесь. Сожалею, но, видимо, не успел отвернуться. Какая досада!..

Его вызвали на последний укол «сульфы». К этому времени он уже с трудом таскал ноги, через пергаментную кожу светились синеватые вены, а шишковатая задница уже была одной болевой точкой. Удивился, что укол будет ставить сама Пиночет — молоденькая медсестра как-то виновато ежилась у двери.

Почувствовав неладное, спросил:

— А что это «сульфу» сегодня не разогревают?

— Уже разогрели, подставляй жопу, — скомандовала свинья-копилка.

Препарат входил подозрительно жестко, разрывая ткани так, что ягодица чуть не слетела с иглы.

— Не рука, а ласточка! Достояние республики. Это надо же так за сорок лет в психиатрии насобачиться, даром что психи безответны, как мухи…

— Давай, давай, пшел…

Реакция наступила внезапно и гораздо раньше, чем через шесть часов. Ногу стало разрывать, ногти посинели, как-то помутнело сознание, и вдруг стало отчетливо понятно, что хочется отрезать эту невыносимо болящую, инородную ногу. Цинизм ситуации заключался еще и в том, что дело было в субботу, все врачи и медсестры были уже дома и трескали пончики с повидлом. А сульфазинщик бился в отупляющей истерике, чувствуя, как начинает задыхаться и сердце отчетливо дает сбой, давление явно падало. Спасло его то, что сосед по палате, склочный пенсионер-полковник, вдруг ужаснулся мертвецкому цвету лица и с перепугу стал долбиться в дверь, крича, что тут больной помирает. Дежурный врач пришел часа через два, сонно поинтересовался, кто орет, почему орет, кто помирает, почему помирает, после этого недовольно призадумался и нехотя дал команду дежурной сестре вколоть этому дауну вот «это» и вот «то».

— Если не поможет, меня не беспокоить, не голоси — не сдохнет. А мне сон не ломай, а то в изолятор запру обоих — там хоть заорись…

Еще через минут сорок ему стало легче, наутро не мог ходить, но уже сносно говорил и опять чувствовал себя жителем планеты Земля. Пришедшая медсестра констатировала, к его неописуемому удивлению, температуру 38,5 градусов… Так какая же тогда была ночью?!

Вся психиатрия, по большому счету, основана на очень простом и очевидно действенном принципе: сделай больному так плохо, чтобы даже тараканы в его голове передохли. «Чем хуже, тем лучше», — говаривал великий психиатр и, по совместительству, великий кормчий Мао.

Не устаешь удивляться прозорливости его слов хотя бы в части отечественного способа корректировки «мягких, как титька» голов. Перечислю лишь немногие перлы лечебной практики.

Номер один, конечно, — сульфазин, препарат удивительно отрезвляющий и успокаивающий порой до летального эффекта.

Инсулиновый шок — очень забавная процедура, на которую вполне можно продавать билеты для тех, кто любит «погорячее». Инсулин забирает сахар из крови, мозг без сладкого начинает агонизировать, наступает реальный столбняк, человек впадает в кому с ужасающими конвульсиями. На глазах изумленного персонала девочка четырнадцати лет с суицидными настроениями ухитрилась привязанными к кровати руками загнуть раму панцирной сетки — сюрреализм в густой смеси с ркастиком. Когда «лечебный» эффект считается достигнутым, медсестра ставит в одеревеневшую руку укол глюкозы и… больной опять с нами, бойко хлопает пустыми глазками, обливаясь трупным потом. С возвращением! Как тебе там показалось?

Голодание. Ну, это для нежно устроенной субтильной интеллигенции, которая от жесткой дрессуры может и о правах человека заголосить. Да и мрет она, зараза, по-есенински легко — того и гляди, с перепугу тапок съест или зубного порошка нанюхается, вот тебе и ЧП, а оно надо? Так что голодание — чистый спешиал фор яйцеголовых очкариков. Ходят дистрофики, глазками бесноватыми зыркают и жрать хотят так, что рке вроде и в попу баловаться расхотелось. Вот вам яркий пример победы советской медицины над империализмом, педерастией и прочими пережитками классового неравенства. Сделать 25–30 кг за месяц в минус — так это не предел. Под хорошую клизму, да под санитарский присмотр еще не так можно фигуру отутюжить.

Все остальные наркотерапии, таблеточки, пилюли, психоанализы и остальная чепуха — это для очень блатных и богатых.

Да еще и не факт, что поможет, в то время как с «сульфой» результат гарантирован. Если считаете, что не помогло, то фирма готова поставить еще пару кубов за свой счет. Что, сразу стало гораздо свежее? А мы что говорили?!

…Он лежал и абсолютно тупо смотрел в потолок. Когда-то очень давно слышал, что самое замечательное на войне — это сидеть и курить. Молча, не спеша сидеть и, не озираясь, курить. Только сейчас до него доходило, что значит «курить». Собравшись с силами, он повернулся на бок, лицом к стене. На куске картона написал цветным карандашом, сворованным у соседа-маразматика:

В который раз передо мной
Возник заката тусклый диск.
Я разговаривал, с собой —
С душой в общении буду чист.
Душа моя меня поймет,
И ей солгать я не смогу.
Как жаль, что в жизни только ей
Доверить тайны я спешу.
Иссяк закат. Вползает ночь.
И сутки прочь летят, как тень.
Никто не сможет мне помочь,
И к смерти ближе новый день.
За ним приехала мать. Полтора месяца дурдома оказали благотворное действие на геройского «зовьет зольдата». Не то что драться-рвать-убивать, а ходить без посторонней помощи эта «угроза миру и демократии» уже не могла, вес крепко упал в категорию до 70 кг, что при росте в 180 см выглядело несколько обезжиренно. Постоянно хотелось спать, есть или хотя бы сидеть с закрытыми глазами. Зато он получил заключение комиссии о том, что психически здоров. Это его немало удивило.

17
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:15

Ведь во время экспертизы психолог жалостливо смотрела и сокрушалась:

— Ну, никак вам в армии нельзя! Спонтанный лидер, не адаптированный к среде. Это же портрет уголовника-рецидивиста, как правило. Но, с другой стороны, при вашем уровне развития интеллекта это более чем странно.

Впрочем, желание замять скандал с холодным сульфазином — токсикозом могло косвенно помочь ему остаться в итоге вменяемым.

Жизнь поделилась на два исторических периода: до и после «сульфы».

Кто пробовал, тот поймет.

11. Флаг родины

Патриотизм — это то, что живет в каждом человеке, напоминая о том, кто он и откуда, заставляя принимать порой «героические» решения.

Вот уже несколько лет жизни в Германии. Служба, боевая подготовка, командировки и, как ни странно, бизнес. В военном училище была получена вторая профессия военного референта-перевод- чика. После пары лет агрессивного общения, погружения в среду он рке мог рассказывать анекдоты, делать дамам комплименты и беседовать с фрицами по телефону. Это ценное качество не укрылось от завсегда жуликоватого командования. Генералитету всех мастей покупались машины, доставались по дешевке гарнитуры, проворачивались умопомрачительные операции с ГСМ и дармовым НЗ расформированной армии ГДР. Жены офицеров вместо грязного и дурно пахнущего госпиталя рожали в немецких клиниках, а весь гарнизон за сущие копейки лечил зубы у местного буржуйского дантиста. В промежутках между частыми командировками он ухитрялся, не имея лицензии, вести курсы самообороны и каратэ в роскошном немецком спорткомплексе. Жизнь сверкала и бурлила, казалось, этот фонтан умопомрачительной деятельности не иссякнет никогда. Иссяк…

В итоге самостийный «переводчик с немецкого» окажется на Кавказе — уже не в командировке, а на постоянной основе, будучи персонально отправленным особым отделом группы войск в Германии. Особисты проводили чистку рядов. Участились случаи перехода военных на «ту» сторону, поэтому всех не в меру подвижных отправляли в самое пекло. Глядишь: убьют — и концы в воду. Жизнь войскового разведчика скоротечна и полна сюрпризов.

Через полгода — статья 586: «не годен к строевой службе», вновь приобретенные проблемы с многострадальной головой и переход на другое место службы. Все это позволило, не особенно упражняясь в строевых смотрах, без особого труда получить новый служебный паспорт и выехать в Германию — освежить дела. Благо доделывать было что.

По приезде он осуществил свою давнюю мечту: купил дорогие туфли, шелковую рубаху и приличный бордовый костюм. Его ждал загодя купленный «BMW».

У ворот отдельного разведывательного батальона остановилась, хищно поблескивая никелем и лаком, пафосная машина с немецкими транзитными номерами. За рулем сидел похожий на немца молодой человек со слегка изуродованным лицом. Немного «помяв батоны», дежурный по КПП вышел и попытался на очень оригинальном немецком попросить машину отъехать, буквально — «на хрен отсюда».

Стекло манерно опустилось, и после паузы по Станиславскому «немец» промолвил:

— Что, военный, только старшие пацаны на войну умотали, так сразу нюх притупился?

Прапор проглотил язык и защемил мошонку. Он стоял, хлопая пропитыми до бесцветности глазами, абсолютно не понимая, как относиться к этому инопланетянину с чертами, отдаленно напоминающими человека, который когда-то договорился в немецкой клинике о брекет-системе для его сына.

— Пшел в роту! Позови старшего лейтенанта Иванова, скажи: кормилец с того света приехал повидаться.

Восторг ребят по поводу авто и внешнего вида был почти детским — ему остро, но не зло завидовали. «А мы знали, что вернешься! Таких, как ты, хрен лопатой зарубишь! А машина — класс, да ты и на военного уже не похож, вот только с рожей беда, конечно, но и было-то не очень. Зато живой!» Потом пили исключительно за его здоровье — причем водку, привезенную с Родины. Немецкий «Корн» — редкая гадость, пить ее за хорошего человека почти оскорбительно. Он тогда не пил вовсе, даже пиво. Во- первых, поддерживал спортивную форму, во-вторых, после последних военных событий глухо шумела голова. Она будет шуметь еще пару лет.

Погостив в части и перепугав до энуреза командира и особиста, бодро подглядывающих за ним из- за штабной шторы, он отправился к немецким коллегам. в город-герой Ганновер. Одного из старых немецких друзей звали Хельмут, он торговал оружием, антиквариатом и был страстным охотником, однажды подстрелившим в Краснодарском крае второго по величине марала в мире (первого убили где-то в Канаде). Рога гиганта висели в гостиной Хельмута, под ними красовался сертификат, подтверждающий рейтинг и ценность экземпляра. Немец слушал на патефоне старые немецкие марши, собирал документы с подписью Гитлера и имел коллекцию боевых наград Третьего рейха — фриц, одним словом. Коллекция личного оружия описанию не поддавалась: помимо винтовок и дробовиков, в ней было собрано почти все самое выдающееся из мира пистолетов и револьверов, более того, имелось отдельное собрание дамских пистолетов и оружия, закамуфлированного в трости, зонтики, авторучки. Короче, любовно и со вкусом укомплектованная оружейная комната пехотной роты женского батальона анархистов.

У этого бюргера еще была жива мама — одуванчик восьмидесяти двух лет. Милейшая дама с чистейшим немецким, потрясающими керамическими зубами и аристократичными манерами. Белокурый в завитках парик венчал экстерьер. По приезде русского друга Хельмут тут же объявил ему о приглашении на «гебурцтаг» матери — день рождения, по- нашему. Не помнится, что было приобретено в подарок, но помнится, что процесс выбора был мучителен, ибо что юный русский знакомец может подарить немке-дворянке на восемьдесят третий день рождения?!

Стол был, по немецким меркам, более чем изысканным. На лужайке перед домом, со свечами, вставленными прямо в стриженый газон. Немецкая кухня по определению скучна и однообразна, зато по-тупому питательна и рациональна. Если немцу хочется порезвиться с вилкой и ложкой, он мчится в греческий, китайский или русский рестораны. Здесь же на столе были пара миллионов сортов колбас, миллион невообразимых салатов из заморской зелени и фрукты. Венцом кулинарных изысков стал запеченный поросенок с квашеной капустой и яблоками.

Народец пил пиво и рейнское вино, оживленно разглядывая русского гостя. Многие из друзей Хельмута видели человека с «той» стороны впервые, чего нельзя было сказать о друзьях новорожденной. Бравые старики, как один, были ветеранами Восточного фронта, вернувшимися из-под Сталинграда, Москвы, Белоруссии, Украины, были даже знатоки послевоенных сибирских лагерей.

Начались осторожные расспросы: «А что вы зимой делаете, когда все улицы сугробами заметены и из дома до весны не выйти?» Он как можно вежливее пояснял им реальную картину положения на его далекой Родине, несколько раздражаясь немецкой дотошности.

Неожиданно Хельмут, уже порядком нарезавшийся пивком, поправил тирольскую шляпку, подтянул необъятные кожаные шорты и «выдал на гора» новость, что, дескать, его друг Миша, здоровенный, как медведь, егерь из Краснодара, пьет спирт стаканами. Русский гость сначала пропустил этот пассаж мимо ушей, потому как жевал поросячью ногу, заедая нежное мясо квашеной капустой. Вдруг буквально кожей почувствовал повисшую над столом паузу. Осторожно приподняв голову, увидел десять пар восторженно уставившихся на него глаз.

— Не, не-е… Я лее это… Не пью вообще, — забубнила голова, но рот с куском мяса так и оцепенел, не выдавив ни слова.

Интриган Хельмут метнулся в подвал, и выволок буквально «четверть» (2,5 литра) некупажированного 92-градусного ирландского спирта, являющегося основой для создания виски. Судя по объему и градусу жидкости, немец с ее помощью травил мелких грызунов и разжигал костры.

В мозгу резко и болезненно всплыла картинка из патриотического детства: фильм «Судьба человека», где падлы-фашисты в концлагере наливали главному герою водку стаканами, а тот пил под какой- то патриотический тост и не закусывал всем чертям назло.

18
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:16

За спиной отчетливо заколыхалось знамя Родины, в груди защемило, а офицерская честь вполне внятно пробубнила: «Стойко преодолевать трудности и лишения воинской службы». Он безвыходно осознал, что флаг посрамить никак нельзя!

Хельмут, гад, налил больше половины стакана. Немчура заворожено затихла. Более чем осторожно, словно гранату без чеки, он взял стакан, плотно обхватив его пальцами, и встал. Буквально сквозь зубы пожелал всем супостатам буквально «Guten Appetit» и неистребимого здоровья. Хотел еще исполнить куплет из «Вихрей враждебных», но как- то осекся и, потупившись, сосредоточился на пойле. Оно резко пахло спиртом, не внушая ровным счетом никакого доверия.

Ни вкуса, ни запаха он не почувствовал. Просто ожог. Просто слизистой. Просто от языка. Просто до задницы. Собрав волю в кулак, сел. Открыть рот было невозможно, закусывать не получалось, запивать не выходило. Он просто молчал и яростно прожигал глазами малахольных иностранцев.

«Вот же! Абсолют шайзе! Эти русские даже не закусывают! Нет, ну мы и раньше слыхали, но своими глазами!..» Басурмане охренели от шоу, вечер удался — ну, Хельмут, вот умеет порадовать друзей! Хозяин дома, видя немой восторг гостей, раздухарился и налил себе граммов двадцать пять этого «ракетного топлива». Через пять-десять минут «альпийский стрелок» уже лежал в коме в шезлонге у крыльца, перед падением в глубокий анабиоз предусмотрительно повесив на пояс мексиканскую кобуру с двумя «Smith & Wesson» 45-го калибра. Вдруг проснешься, а тут этот отморозок Третью мировую организовал спьяну! За этими русскими нужен глаз да глаз…

Флаг Родины гордо и упруго реял под свежими порывами ветра. Страна спала, не зная, что ее герои стоят на боевом посту, охраняя само понятие — «Родина»!

12. Клоун

Предают только свои — чужим до вас просто пет дела.

Именно Клоун и именно с большой буквы, а точнее, Коля Клоун — так зовут легендарного героя-любовника Северной Столицы.

Кривоногий толстоватый мордвин с жалобно- блудливыми глазками и безумной манерой езды на дорогих авто. Его первоначальное очарование базировалось на разгульном характере, наличии дензнаков разных стран и дифференцированном подходе как к спиртному, так и к целебным порошкам. Девицы безотказно клевали на приличный костюм, не бандитскую внешность и авто в 140-м кузове (это были еще 1990-е). «Олигарх разбушлатился», — решали на его счет девицы.

После разведки Коля приглашал очередную нимфу отобедать в «Гранд Отель Европа» или «Шератон Невский Палас», потому как «кто тетку обедает, тот ее и танцует». Поев дорогостоящих предметов, попив кислухи «Дом Периньон» (приведен подлинный мордовский прононс, хотя, конечно же, это был оригинальный французский брют по 200 баксов за бутылку) девица буквально подпадала под милое очарование буржуазии. Затем Коля рассказывал пару реальных историй своей несчастной любви — про то, как сожительница Наташка по наущению подруги-сучки Яны ушла от него с ребенком, — пускал почти настоящую соплю (пардон — слезу), и вечер у девицы был уже занят на все сто процентов.

Причем, что особенно ценно, Коля был, в сущности, не просто мордвин, а еще и деревенский мордвин, следовательно, не особенно эстетствовал, гуманизм практиковался у него в лучших, широчайших проявлениях. Трахал он все, что не было приколочено: заезжих проституток, петэушниц, спешащих по делам, подруг пьяных друзей, знакомых и малознакомых барышень любой наружности, социальной группы и политических убеждений — одним словом, был санитаром леса. Кроме того, мордовский джигит просто начинал чесаться от возбуждения, наблюдая грудь третьего номера и больше. Позже выяснилось, что Клоун — «конекэбунок» — отчаянно любит хныкать на груди у потенциальной жертвы, рассказывая о несправедливости судьбы к его такой кристальной и милой персоне. Ему остро не хватало дежурной мамы с ее уютной сиськой.

Как этот кобель путал девиц на смесь денег и соплей, достаточно ясно, но как он их трахал — это особая глава в его жизни, почти биг сюрпрайз. Коля был похотлив и норовист. Добравшись «до сладкого», он не «занимался любовью» — нет, он буквально пилил дамочку в мелкую стружку, не меняя темпа и позы, невзирая на вопли предмета страсти о пощаде и досрочной сдаче. «Белый флаг» как аргумент не принимался. Прибор у девиц тотально выходил из строя, а учитывая аллергию Клоуна на презервативы, вполне можно было обзавестись более серьезными проблемами, типа пьяного зачатия или гипотетического триппера. Хотя, что поразительно, Коля ухитрялся никогда ничем не болеть — еще одна загадка природы и тонкой мордовской души. Справедливости ради следует заметить: ничто не могло омрачить возбужденного рассказа «потерпевшей» своим подругам о бешеном Клоуне, который «вот с таким делал вот такое», да еще на протяжении времени, сравнимого с заводской сменой. К Коле приводили подруг, уточняли, показывая на него пальцем: «Люди брали — хвалили». Это приводило его в неописуемый восторг и раскрашивало существование в восторженные цвета.

В то время как он бодро нюхал кокаин и транжирил гормоны, дела дали трещину. В итоге балагур попал почти на два с половиной миллиона долларов, что для 1994 года было не так уж много. Этот сердцеед ухитрился отдать большую часть денег, оставшись должным сущую безделицу — двести тысяч долларов.

В этот момент их и свела судьба.

Клоунский оптимизм не мог не нравиться. Коля, потеряв кучу денег и сидя на попе, активно искал заработка, бегал кроссы и, конечно, трахал девок. Последние давали уже без «Европы» и «Паласа», кормили и оставляли у себя ночевать, передавая затем, как переходящий вымпел, еще неосвоенным подругам.

В отличие от Клоуна, у него были деньги, которые он зарабатывал консультациями в области безопасности, порой по нескольку сотен тысяч долларов в месяц, ухитряясь пользоваться достаточно уважительным вниманием по обе стороны правоохранительного забора. Он в ту пору был единственным, кто давал Коле деньги, и единственным, кому Коля их возвращал. Более того, новый знакомый каким- то фантастическим образом попал в клоунскую «Санта-Барбару» — с его женами, детьми, любовницами, друзьями и долгами. Посудите сами.

Коля жил с Наташкой, у них родился сын.

Колин друг Леша, он же земляк из Горького, был его постоянным дольщиком. Леша познакомил его с Наталией Ивановной Великой — своей старшей сестрой, дамой властной и влиятельной (антиквариат, ювелирка, политики).

У нее было две дочери — Яна и Нона. Старшая, Яна, стала подругой Наташи, по этой причине Наташа торчала целыми днями — по сути, жила — у Великой, в итоге на стенах роскошной квартиры Наталии Ивановны появились фотопортреты сына Коли Клоуна (?!).

Яна, будучи девицей стервозной, разведенной и богемной, знала и муссировала все Колькины похождения, втайне завидуя чужим оргазмам. В итоге она приложила максимум усилий, чтобы надуть в пустую Наташину голову, что она (эта дура) — богиня неземной красоты, а таких уродов, как Коля, — как дерьма за баней.

Живя в загородном доме, она познакомила Наташку с каким-то бандитом казанской принадлежности. У них завязался конспиративный роман, и бандос, наслушавшись историй про мордовского буржуя, уже мечтал как-нибудь «раздеть» Клоуна, что в общем-то и предпринял в итоге.

Нона росла-росла и выросла. Сгоняла между делом пожить в Америку и вдруг на чужбине поняла, что Коля Клоун — ее сексуальный объект. По приезде в Санкт-Петербург она секунд за семь возбудила в Кольке пламенную страсть, которую он боязливо воплотил в жизнь.

Яна шипела на Нону, Наташа тихо шизела, не зная, как ей быть. Коля регулярно давал денег и отправлял отдыхать от безделья за границу — тут следовало не перегнуть палку, имеющую меркантильные корни.

Наталия Ивановна, которую Коля боялся больше злобных кредиторов, рычала на все стадо и удивлялась по незнанию, что эти дуры нашли в этом кривоногом огрызке.

19
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:17

Леша, будучи полностью зависим от Колькиных гешефтов, держал нейтралитет.

Тут, как член на наковальню, появился новый Колин друг, который доверительно был назначен Колиным, а следовательно, и Лешиным ангелом-хранителем, даже не успев понять, как так произошло, что сама Наташа Великая вдруг взглянула ему в глаза и задушевно попросила не бросать этих недоделанных — если что…

Когда за помощь не берут денег, многие относят это обстоятельство на простоватость и пытаются использовать эту сторону натуры спасителя в своих не очень чистоплотных целях.

…Машина мчалась из аэропорта, вдруг запиликал мобильный телефон.

— Привет. Это Коля Клоун. Что вечером делаешь? Может, в «Палас»? Ну да ладно, обедаешь где? Поехали в «Старую деревню» — блины с икрой жрать?

— Поехали, вот только я занят, смогу подъехать чуть позже, скажем, через час-два.

— Не-е-е, давай сейчас, дело одно есть — тебе точно оно нркно.

— Хорошо, я уже на Московском проспекте — буду через сорок минут.

Подъезжая к богемному кафе «Старая Деревня», где, бывало, обедал сам принц Чарльз, он отметил для себя непривычно много машин и необычную для этого места суету вокруг них. Паркуясь, увидел вдруг, что в багажник «боевой машины братвы» (BMW) кто-то пытается упаковать бешено сопротивляющегося Клоуна. Вокруг стояло еще пять «бомб» с тревожными пассажирами.

— Оп-па, ребятки, а ну назад! Вы чьи будете, что ведете себя так беспредельно?!

— А ты-то кто такой, что в наши дела прешься?

— Я член в пальто, а имя для меня сейчас и не нужно, поэтому ломайте меня быстрее, а потом можете и Кольку грузить хоть в мусоровозку. Но позволю указать на маленькую деталь. Пока меня не сломаете, пока я жив, Кольку я вам не отдам. Ну вот и все — чего ждете?..

В те времена он любил вызывающе прилично одеваться, весь в золотой бижутерии и в галстуках- костюмах от приличного имени. ОПГ (организованная преступная группа), наряженная в традиционные куртки-кроссовки, с недоверием смотрела на более чем странного коммерса, который, не моргнув глазом, рычал на них, быковато расставив ноги и подозрительно положив руки в карманы пальто.

— Не, ну погоди, мы это… Мы — казанские. А ты знаешь, что он нашего старшего педерастом назвал и за это должен отдать нам десятку баксов? Или скажешь, что это не по понятиям и он не должен ответить?

— Клоун — коммерс?

— Конечно, коммерс. В том-то и дело, что какая- то овца блудливая путевого пацана «голубым» назвала! У нас и очевидцы есть — нормальные пацаны, он при них назвал!

— У каждого барыги должна быть крыша, по понятиям, так? Так что, ребята, вы, может, что про Колькину крышу пермскую знаете? Почему вы ее в курс не ввели, а сами решили газануть?

— Не, ну это, как ее, мы потом, конечно…

— Ну и главное. Если тебя или кого еще назвали педерастом, иди и с глазу на глаз докажи, что ты не «дырявый». Причем тут деньги? Это что же получается — без десятки баксов ты вроде как педик, а с десяткой — вроде как «целый»? Нет, дружок, это получается, что если ты раз на раз не готов свою задницу отстоять, а друзей приволок, значит, ты хочешь стать педерастом с десяткой баксов в кармане. И все!

Ребята, забуксовав в столь сложных категориях, потеряли темп и сникли. Бить умника с белым от ярости лицом никому не хотелось. Мало ли это кто и что у него в карманах? Первоначально плёвая задача — стырить Клоуна — стала перерастать в локальный конфликт со многими неизвестными, что явно не входило в планы пацанов.

Обстановка слегка остыла. Поговорив со старшим, ему пришлось все же представиться, ну а при таком раскладе и на мировую для бандосов не стыдно.

Коля остался жив, невредим и перепуган до зеленого цвета в лице.

Они сидели в кафе за столиком на манерно скрипучих и искусственно состаренных стульях и молчали, а потом он сказал:

— Коля, а ведь ты конченый ублюдок! Почему не сказал, что у тебя встреча назначена?

— Боялся, ты не приедешь…

— И правильно боялся. Теперь, когда ты позовешь меня обедать, я обзвоню всех знакомых бандитов в городе и попрошу, чтобы тебя в случае чего трахнули в извращенных формах, — обманывал и запугивал он Колю.

Ровно через полгода этот «911» уже спасал Колю на очередной «стрелке», проклиная себя за излишнюю уступчивость по отношению к этим юродивым.

Сильные люди — добрые люди, но неразумных детей следует всенепременно пороть.

А как же иначе?!

13. ЧЕСТЬ СТАРОГО САМУРАЯ

Даже не знаю, что именно разглядел во мне этот пожилой и пафосный японец, но через пару часов нашего общения он вдруг спросил:

— Андрей, сколько тебе лет?

— Сорок три.

— Мне шестьдесят четыре. Можно я буду называть тебя младшим братом? А ты можешь называть меня старшим.

Переводчик смотрел на меня круглыми глазами, не очень веря в реальность того, что услышал. Только что один из Величайших Мастеров современности, обладатель девятого дана киокушинкай Канчо Хацуо Рояма, не боясь испачкаться, прилюдно попросил называть его братом известного городского сумасшедшего, о котором так и не могут составить определенного впечатления его полувраги и полупочитатели.

Если подлость не наказывается, то зачем были прочитаны эти героические книги, с какой целью мы прошли этот кровавый Путь и что дали нам десятилетия тренировок? Зачем мне сжатые добела кулаки, если подлец может смеяться мне в лицо хотя бы через монитор, упиваясь собственной безнаказанностью?! Я не искал этой драки, но рамки дозволенного были перейдены. Я нашел хама, и хам-молокосос начал хныкать, предлагал перенести драку на полгода, а потом спросил, по каким правилам мы будем драться (?!), а потом предложил выпить чаю.

В итоге мы все же начали драться на ступенях Смоленского пассажа в окружении охраны. Я разрубил себе кулак об его зубы, а заодно крепко разорвал ему нижнюю губу коленом. Он сломал себе правую кисть, закрывая мордочку от моей бьющей головы и локтей. Но драка есть драка, хам повис на моей куртке и упал под ноги. Шел первый московский снег. Я, непутевый, поскользнулся, чему виной манерные туфли, и в порыве сражения прилепился лбом в бетонный поребрик, огораживающий лестницу. По показаниям охраны, звук удара был такой, что они забеспокоились за фундамент здания. Наутро синяк стек на глаз… После обеда я улетал в Японию.

Брат Рояма принимал меня в Токио уже в третий раз за год. Каждый раз я приезжал не просто в гости — я приезжал биться с его лучшими бойцами, пытаясь передать то интересное, что могло пригодиться дружественной федерации моего старшего товарища и Брата. Видимо, я оказался действительно полезным, потому что в этот приезд мне было сказано, что Кан- чо Рояма с Канчо Блюмингом и шиханом Штурми- ным решили выдать мне сертификат с космически высоким восьмым даном — с обоснованием: «За выдающийся вклад в развитие каратэ».

Мы сидели в очень живописном рыбном ресторане посреди Токио, декорированном как рыбацкая деревня. Отмечание моего дана шло полным ходом, и вдруг Канчо шепчет на ухо Саше переводчику что- то интригующе важное.

— Андрей, Канчо хочет кое-что сказать тебе наедине.

— Конеффно, любой каприз!

Мы вышли на улицу. Рояма взял меня за руку и пристально всмотрелся мне в лицо. Надо сказать, что синяки сходят с меня очень быстро, но тут от удара лопнула кость свода правой брови, и ровный след на лбу напоминал шрам от контузии.

— Андрей, брат, надеюсь, ты не был пьян?

— Канчо, даже не беспокойтесь! Это был вопрос чести, а в этом случае ни синяки, ни даже итог боя не важны. Подлец должен быть наказан, и он был наказан!

— Эх, Андрей, Андрей… Ты стал одним из нас, и я не знаю Мастера, восьмой дан которого подтвердили бы сразу столько Великих Мастеров, при этом не слишком дружащих друг с другом. Мы обязаны думать о том, что на нас смотрят и равняются наши ученики и соратники, мы не имеем права на очень многие вещи, мы перестали быть просто людьми и стали главами уважаемых организаций. Наши федерации — это высшая ответственность на нашем Пути!..

20
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:18

И пошло все это в зад, если вопрос касается именно нашей чести! Зачем нашей семье запах бесчестия, как пережить пятно трусости или малодушия на нашем флаге?! Зачем нашему дому гнилой фундамент?! Если видишь, что Создатель не оставил тебе иного выхода — иди и сражайся, невзирая на результат! Но тысячу раз за секунду перед тем, как кинуться в этот, возможно, последний бой, подумай: то ли это, что стоит твой жизни и имени! На нас смотрят наши ученики — не опозорь их веры в нас! Не опозорь меня — твоего брата!

— Брат, я не опозорю тебя!

Мы обнялись, в носу предательски защипало. Я снял ношеную футболку с нашим карпом и вручил ее Канчо.

— Не обессудь, брат, — это от чистого сердца!

Спаси, Господи, брата моего некрещеного Хацуо Рояму и всех нас! Чудны дела Твои, Господи! Иногда мне кажется, что я просто сплю, но среди отвратительных кошмаров моей жизни вдруг всплывают картины, достойные того, чтобы помнить о них до гробовой доски.

Честь, как и девственность, можно потерять лишь один раз — восстановить в полной мере невозможно. Не верьте пластическим хирургам.

14. Воздух, кровь и свет

Только подлецы и трусы учатся па чужих ошибках — у них просто не хватает мужества совершать собственные.

Вы дышали когда-нибудь?

«Что за чушь?!» — спросите вы.

Нет, не просто дышали, а дышали ли вы с упоением, вкусно, сочно? Дышали? Ах, в Альпах, да и на Кавказе в общем тоже чудесно. М-да…

Чушь. Полная абсолютная херня. Кто не пил водки, тот не знает вкуса холодной воды. Вкус — настоящий, удивительный вкус — воздуха знает лишь астматик, делающий первый глоток живительного газа, после того как все же нашел спасительный аэрозоль.

Действие промедола мягко и безвозвратно проходило. Сначала он почувствовал, что у него есть спина, затем, что в нее вбит лом. Через мгновение некто злобный, сидящий внутри, сжал легкие и принялся резво рубить топором уже раздавленную грудную клетку. Еще через секунду процесс дыхания из обыденной, ежесекундной и несущественной задачи стал непосильной и мучительной борьбой за крохи кислорода, столь болезненно необходимые для истерически капризных клеток его тела. Клетки, в силу своего малого размера и очевидной тупости, не хотели вникать в то, что три ребра острыми краями переломов рвали окружающую их плоть, не позволяя раздвинуть грудь для вдоха. Не понимали, что спина выгнулась горбом травматического сколиоза, а легкие, приняв на себя удар через пролом в грудине, частично полопались и набухли кровью, уже не имея возможности впустить в себя этот упоительный, желанный, почти ощутимый в своей тяжести воздух.

Так умирающий на берегу большой и неуклюжий карп хлопает мягкими темными губами, не веря, что уже не вернуться назад — в прохладный и темный мир водных глубин. Еще немного и даже обожженный засухой рот перестанет хватать то, без чего нельзя прожить и нескольких минут.

Лишь находясь на краю пропасти, человек боязливо оглядывается и с этой неуютной точки своей жизни до рези в глазах отчетливо видит, что действительно ценно, а что всего лишь фантики от уже съеденных конфет. Звучит цинично и грубо, но чем чаще виден край, тем осмысленнее становится последующая жизнь. Memento mori — так, кажется, по-латыни. Все упирается в способ напоминания.

Как остро не хватает мозгу крови в момент, когда на шее сжимается учебно-боевая петля. Отражение мира слабеет, и остатки сознания вяло пытаются сохранить подобие мыслительного процесса. Картинка плывет, предметы приобретают злобные и глупые очертания, единственное, что удерживает на этой части бытия, — это боль. Дикая боль от нейлонового шнура, разрывающего шею. Кажется, что гортань, все сильнее сжимаемая удавкой, предательски, пискляво хрустнет и ввалится внутрь, не оставив шансов на бесцельное разглядывание календаря с новой датой и наивными фотографиями времен года. Ярость и полное отсутствие права выбора — вот что спасает. Напугайся, удивись боли, замри на секунду, и вот уже голова опустилась в ватную тишину. Всё — каюк. Вот уж хрен — боль! Боль — только она и кровь — по-настоящему, все остальное — выдумки. Если бы не эти две подруги, то скольких вещей нельзя было бы понять. Боль заставляет жить, а кровь и есть жизнь.

Боль вынуждает в безвыходной, казалось бы, ситуации трепетать и бороться за существование. Как гусеница, проткнутая булавкой в момент пионерского ничегонеделания… С мифическим трепетом он преклонялся перед той болью, которая преследует всю жизнь, объясняя, что имеет значение, а что просто дерьмо, попавшее в вентилятор либо добросовестно выработанное темной субстанцией с пафосным, но ничего не означающим именем «интеллект». Что есть наши мысли, по сравнению с нашей кровью?..

…Нет, сначала он не резал глаз. Это был молочно-белый ровный свет, чуть потухающий в одной стороне и тепло мерцающий — в другой.

Повязку сняли, голова была вполне в своих геометрических размерах, что не могло не радовать. Лечение серого вещества и системы его кровоснабжения прошло вполне успешно. Но вот зрение пока не возвращалось.

Через пару дней будут различимы контуры людей — привидений, скользящих по вселенскому туману и никак не желающих принять четкие очертания. Затем эти очертания придут, но начнут игриво ломать изображение на угловатые сектора. «Отсутствие периферического зрения, — сумничает врачиха и добавит: — Да ладно! Молодой, здоровенный — пройдет».

Прошло — не обманула. И всего-то через пару (!) месяцев. А до этого момента переход через улицу оставался невыносимой и унизительно боязливой задачей.

Мерзкое чувство беспомощности — вот что такое потерянное зрение. Остались руки, ноги и все остальное, но все это уже не ваше. Потому что нельзя назвать своим то, что невозможно использовать. Мир становится чужим и темным. Уткнувшись в стену, вдруг понимаешь, что потерялся. Потерялся очень крупный и беспомощный ребенок, бывший когда-то кем-то с весом 100 кг. Непроницаемая темнота превращает человека в муравья, замершего на тротуаре. Сознание сжимается от судорожной животной боязни быть раздавленным скучающим пешеходом по имени Жизнь.

Как много значительных, весомых и таких важных проблем составляют наше существование, как любовно мы обсасываем каждую мелочь нашей жизнедеятельности, как лелеем наши обиды и без тени сомнения утверждаем сами себе, что судьба-скотина не вполне к нам справедлива и более чем некорректна.

Был первый по-настоящему темный период жизни — с жестким, реальным предательством близких и невообразимой грязью. Время, когда, бесцельно передвигаясь по улицам, он с каждым шагом сгибался под тяжестью навалившейся темноты. «Почему именно со мной? Все так глупо и бездарно… Похоже, сопьюсь и сдохну, голодный, под забором». Питер очень мрачный и взрослый город. Город, полный туманов, миазмов и депрессивных флюидов, сочащихся из неопрятных каналов.

Навстречу шел мужчина с суровым непроницаемым лицом, перед собой он катил коляску, в которой сидел молодой парень, инвалид с церебральным параличом. Подросток смотрел на мир большими влажными глазами.

Как от удара током, ноги, потеряв подвижность, вросли в землю, сердце сжалось в горошину. Глядя вслед удаляющейся паре, он отчетливо, невыносимо остро понял, что это и есть настоящее горе. Горе, по сравнению с которым собственная гибель лишь «успокоительное средство», способ бегства от ужаса. Как можно утопать в волнах собственного эгоизма, гадить на все и всех, обвинять, хныкать, благодарно жалеть себя, даже не имея представления о том, что такое настоящее горе? Имея подаренную Богом возможность вздохнуть полной грудью этот удивительный воздух, не заботясь о живой крови, текущей по венам, и видя то, что многие гораздо более достойные люди уже не увидят никогда?!

Человеческая жизнь более чем омерзительна, если она всего лишь любовно оберегаемая частная собственность, источник удовольствий.

21
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:19

И 1/2 Письма нe про любовь

Мы перестаем любить себя, когда перестают любить нас.

Жермена де Сталь
Милая девочка, как ты похожа
На сотни таких же, увы.
То же смазливое личико,
Те же слова, что сказала не ты.
Яркие ногти и яркие губы,
В глазах — холодок пустоты.
Не так уж давно еще в школу ходила,
Носила цветные банты.
И вот рке мальчики.
Крепкое тело и наглость кастрата души.
Слова его часто расходятся с делом,
Но только не в деле «любви».
Пара заученных фраз, как в пароле,
Дерзость движения рук.
Как хорошо, что без комплексов оба,
Без лишних страданий и мук.
Бешеный драйв, как картинка из фильма.
Силы все отдал и вдруг: —
Девочка, слышишь, ты мне надоела,
Иди, погуляй где-нибудь…
Ты не обиделась.
Если бы в первый,
А так уж привыкла давно.
Сколько же лет ты у жизни отнимешь,
Играя в такое кино?..
Бог есть Любовь. И именно о высшем понимании этого слова сказано настолько много, что добавление будет либо натянутым, либо фальшивым. Тут или как Пушкин, или не рисковать. Я же говорю о влюбленности — о том романтическом и тревожно сжимающемся в животе, что будоражит нашу майскую кровь и сводит с ума томными летними ночами.

Все и тут в общем ясно — не ясно другое. Чего же в этом чувстве больше? Душевных сентенций высшего порядка или все же честнее будет поговорить о каскадных мультиоргазмах? А в том и сочный прикол, что влюбленность включает в себя столь полярные составляющие, что диву даешься тому, как баритонный разговор про творчество Зюскинда может повлиять на влажность белья у экзальтированной девицы полусвета. Ну, или как «вовремя» прочитанный с надрывом стих может напрочь отбить желание юной ивановской прядильщицы, с гормональным трепетом ожидавшей традиционного показа кулака.

Любовь к женщине всегда упирается в женщину как в объект страсти, и ничего тут не поделать. Впрочем, Создатель с неподдельным юмором отсадил от генетически здоровых некоторую часть для самоликвидации — это я о тускло-розовых и грязно- голубых. Причем, если взглянуть на способы и зоны их утех, то становится понятно, что отсадил вовсе и не зря. Так вот, не будучи, в принципе, гомофобом, все же замечу, что я никогда не трогаю скунсов и не проявляю по отношению к ним агрессии, но вовсе не потому, что героически терплю их запах, а потому, что они пасутся где-то вдалеке. Я искреннее рассчитываю на то, что, с позволения сказать, господа и как бы дамы, источающие анальный эротизм и блистающие языками, похожими на клитор, будут гуртоваться и шкодить где-то крайне далеко от меня, а случись им пробегать мимо, они ловко прикинутся натуралами. В противном случае их поведение будет сочтено провокационным, а намерения — мазохистскими. Я просто не смогу не пойти навстречу этим эстетам, лишив их грубого мужского внимания. (Поглядел в зеркало, поправил татуировки и потрогал бицепс.)

О чем это я… Ах да, о дамах.

Так вот, эти милые создания, столь занимающие воображение мужчин, на самом деле — воплощенный менингит. Чтобы понять этот удручающий факт, достаточно прожить с нежным ангелом не более трех лет. Чтобы стать практикующим женоненавистником, нужно прожить со следующим ангелком пять фронтовых годов. А для того чтобы из гуманитарных соображений не подходить к дамам ближе, чем на дальность прямого выстрела, нужно в третий раз убедить себя дотянуть до пятнадцати — с понятным использованием антидепрессантов, спиртного, а в особо неизлечимых случаях — ветеринарных уколов в живот.

Что это меняет? НИЧЕГО! Знаем, совершенно уверены, видим и даже готовы рассказать в деталях, что будет дальше. И тупо, с разбегу, на те же самые… Еще свежие от предыдущих попыток.

«Отчего так?» — спросите вы. Ну, тестостерон — это не совсем то. Боязнь спермотоксикоза — это уж очень как-то по-детски. Я уверен: это флер некоей игры, которую вполне можно назвать прятками, — с упоительным призом за находчивость, нюх и экстерьер.

Посмотрите на очередную недотрогу: суха, строга, неприступна, случайно коснется взглядом очередного «барсучка» — и скривит губку.

Вопрос: а зачем она ее кривит, если ей реально насрать и у нее, скажем, угасла половая сфера в связи с напряженной внешнеполитической?

Да она, сердешная, для него ее кривит и отворачивается капризно. Легкая тетка стоит легких денег, а кавалеры любят дам тем сильнее, чем труднее они им достаются. Любят маниакально, даже если это нелегкая на подъем шпалоукладчица с высокой степенью социальной ответственности, на вторую неделю понявшая, что дядя из негрязного авто реально запал на ее необъятный зад, неожиданно сравнив его с размером бокового стекла.

Женщины не различаются по этническим, социальным или (прости, Господи) политическим признакам. Они делятся на тех, которые хотят нас, и тех, которые считают нас не в своем вкусе, потому что, скажем, не брюнет. Причем расхожее заблркдение, будто дамы гораздо сдержаннее и холоднее пылких мачо средней полосы, не верно в корне хотя бы потому, что мы в итоге трахаем только тех теток, которые хотя бы пару минут уже оттрахалл нас в своей напомаженной головке. Это как в системах ПВО: когда самолеты имеют датчик «свой — чужой». Вы бросаете взгляд и вдруг обнаруживаете, как «снежная королева» с безучастным лицом начала поправлять и без того идеальную прическу. Потекла, родная, ой, негой потекла!..

И совершенно не нужно ее слушать, вникать в ее сбивчивые завитки и версии. Она просто ждет того веского довода, почему ей уже можно и это не будет считаться вами за блядство с ее стороны.

У меня друг есть — Геша Барсук. Так он Барсучихе своей по сию пору простить не может, что она ему через пятнадцать минут дала, не дождавшись предложения руки и бумажника. На что та веско так отвечает, что она ему, идиоту, два дня глазки строила и так умоталась спину держать, что было рке просто не до прелюдий и любовных записок на куске газеты. Как я понимаю их обоих!

С одной стороны, резвый кузнечик просто обязан быть уверен в своей неотразимости и безотказности домашних заготовок. С другой стороны, тетке важно не отпугнуть его чрезмерной целомудренностью и не показаться слишком уж легкой добычей. Для крепкой и долговременной эрекции необходим именно гон с гиканьем и улюлюкньем, а не просто капитуляция с задранными «хенде хох» ногами.

Мы ищем внимания, ищем подтверждения нашей востребованности, подтверждения крепости ягод в наших ягодицах и несгибаемости писюки под порывами ветра. Удавшийся флирт — это подтверждение тому, что мы еще молоды и живы, а вовсе не низменное желание подхватить хламидиоз. Поэтому и трахаться в итоге вовсе не обязательно — все опять-таки зависит от женщины. Точнее, от того, кто она.

В роскошной молодости мы любили только очень красивых женщин, в зрелости — только молодых. Лишь став настоящим мркчиной, мы обожаем только тех, которые обожают нас. Я совершенно уверен: это и есть настоящая красота, часто не бросающаяся в глаза за ненадобностью броска. Но вне зависимости от сегодняшнего выбора мужчина ищет тот самый трепет в сердце, жаждет пожирания глазами ароматной женской плоти и с радостью рискует получить этот пендаль под простату. Плевать, что вам рке крепко за сорок или за шестьдесят. Если вы Настоящий Мркчина, женщины никогда не станут для вас холодной частью натюрморта, оставшись именно полыхающими портретами!

22
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:20

Так что когда тетка шипит на дядьку: «Кобель», она скорее делает ему комплимент. Может еще, молод еще, активен и весел. Поэтому мухи, возможно, и летят на говно чаще, чем на мед, но никогда — на уксус или дуст. Мужчина просто создан для любви, потому что ему остро необходимы основания для идиотских поступков, без коих он превращается в бесполого бюргера, винтик бездушной машины построения немецкого благосостояния. Нет уж — нах!.. Любовь — это всегда форма латентной шизофрении. Чем выше температура кипения дерьма в затылке, тем больше есть что вспомнить. А зачем нам женщины, которых мы забыли? Я не ем мясо без перца.

Если я не буду тренироваться, то у меня будет куча бесполезного времени и я начну пить спиртное и глазеть на девиц с блудливыми глазами, но домой — ни ногой, потому что САМЕЦ!

Что лучше: дядька на тренировке или дядька в бане с водкой и балеринами?!

Вопрос риторический специально для ядовитых жен!

Наивные, самонадеянные тетки, настаивающие на должности хранительницы очага, даже не представляют, насколько с годами они превращаются в «кочегаров». Тех самых, которые свято уверены в том, что именно от них зависит и тепло в доме, и свет в окнах. Женщина, погрязшая в бытовухе и почувствовавшая себя главой семьи, — это худшая пародия на мужчину. Это самый простой и быстрый способ убить его эрекцию, если он, конечно, нату- рал и не мазохист.

Не приемлю до брезгливости насилие в отношении женщины.

Одна восторженная дуреха в процессе бурного соития просит:

— Ударь меня, милый, ударь.

А я думаю: ну вот ударю я эту курицу, а труп-то потом куда?..

К моему большому сожалению, женщины в подавляющем большинстве мазохистки. Даже самые жаркие поцелуи не заменят им подзатыльника, который является для них намеком на то, что трусы рке можно снимать. Не будет считаться, что я вроде шлюха — это я просто поддалась грубой силе. Так вот мерзость все это, даже если и игривая. Насильники — именно поганые твари. Кастрировал бы, не моргнув. Да и тетки тоже хороши.

Больше всего терпеть не могу идиоток. Они инициативные архитекторы порыва собственного ануса. Грубо? Но честно!

Не пью, не легок с дамами. Всем вру, что триппер, — все верят, водку не наливают, попой не крутят, а я потренируюсь — и спать!

Ни разу не вспыхнув
ни вздохом,
ни словом,
не выдав ни звуком, меня покидает
вселенная, та,
что Тобой называю.
Растаяли волосы,
губы исчезли,
иссяк даже запах в траве предрассветной.
Как странно, что помню лишь жаркую кожу
и блеск твоих глаз
океаном безбрежным…
Настоящая любовь, как и жизнь, всегда одна.

Жизнь человека — это очень смешная вещь, по глубине юмора она превосходит даже безграничную по определению человеческую фантазию.

Он не уставал удивляться правильности подхода дзэн в философии и мировосприятии. Субъективно-идеалистическая мысль утверждала, что мир, окружающий человека, — это всего лишь его фантазии и иллюзии, одному ему присущие и, очевидно, нужные. Это что-то вроде счастливого или ужасного сна. Когда-то он увидел женскую спину, поворот головы и понял, нет, остро осознал: это — его Женщина. Просто очаровать девушку и просто обменяться жидкостями никогда не представляло для него особого труда в силу природной болтливости и благоприобретенной сексуальной агрессии. Но разглядеть со спины, с расстояния в пятьдесят метров одним по-настоящему уцелевшим глазом ту, которая одним только вздохом сведет с ума и заставит час за часом трахать, закусив губу и рке плохо понимая, как можно вообще не трахаться, когда рядом ОНА.

Он совершенно не сможет описать лица, постоянно вновь удивляется мелодичности голоса, но болезненно остро помнит запах волос и то электричество кожи, которое пробивало насквозь от одного прикосновения.

Фотография — бред, она ничего не передает, кроме застывшей кукольной реальности, но Она — даже не человек. Вспомните, как трудно удержать в руках чашку с горячим шоколадом, еще труднее выпить, но невозможно не пить.

Это не было сексом в полном смысле этого слова. У секса есть мотив и желание его реализовать, здесь же присутствовала невозможность поступить иначе. Если бы сердце остановилось где-то «по дороге», то он не был бы удивлен. Торопиться не хотелось, не хотелось «это делать», хотелось жить внутри друг друга, чувствовать влажное тепло ее тела, пьянящую пульсацию вены на ее шее, чувствовать нереальный по красоте сосок ее груди у себя на губах.

О чем может мечтать человек, в выдуманном мире которого появилось столь фантастическое существо? Только об одном — чтобы это не повторялось в вариациях больше никогда. Лучше рке не будет, потому что не может быть лучше, а хуже не нужно, потому что либо рке только так, либо никак вовсе. Благодаря ей, ему уже были не нужны красивые женщины, «дерматин», который лишь хлестнет грязной тряпкой разочарования по потухшему лицу идеалиста-идиота. Как и чем можно заменить губы и руки, доводящие до комы, когда кажется, что если сейчас ткнуть пальцем, то обязательно взорвешься, забрызгав лучший из миров своей, наверное, не самой умелой нежностью в смеси с соком простаты и семени.

Надеяться, мечтать, требовать и — о ужас! — просить о встрече с подобным существом — все равно, что умолять о жизни, стоя на коленях и распуская сопли. Ирония, с которой «матрица» обошлась с ним, вполне в его же духе. Жестокий, грубый и безумный человек был взят за то место, о котором он всерьез не думал никогда, и с размаха кинут в самое пекло собственных, а от этого невыносимо ужасающих, переживаний. Тот, кто сказал, что любовь легкое чувство, — счастливчик, он никогда не любил по-настоящему.

Самураи эстетствовали, упражняясь в любви на расстоянии. Скорее всего, с трудами Платона они были мало знакомы, но тем не менее верили, что, не раскрывая своих чувств перед объектом нежной страсти, они сохраняют их глубокими и непорочными, а побуждения — возвышенными. Ветка сосны, переплетенная с сакурой, — благородство намерений, переплетенное с скоротечностью и мимолетностью жизни. Невозможно не сгореть в этом пожаре, даже имея столь высокие мотивации.

Опавший лепесток
Уже подхвачен ветром.
Случайный взгляд
Теплей прикосновения.
Я смею вас заверить в том, что прожил весьма забавные сорок четыре года на этой угрюмой планете. Когда этот отдельно взятый примат начинает рассказывать о делах давно минувших дней, то на мордах собеседников читается или легкое недоверие, или неприятие, или искреннее удивление людей, уже не верящих в запредельные страшилки.

Мой большой друг и уважаемый мэтр Саша Скалозуб сидел у меня на кухне и вдруг говорит:

— Андрюха, мы вроде одногодки с тобой, а ведь ты старик уже. Я просто пацаном себя чувствую, и дело не в этапах Пути — все мы где-то были, — а в том, что вынес из него.

А как тут не «вынесешь», когда…

Ну как можно было отыскать столько сточных канав, заброшенных помоек и озер с нечистотами, чтобы столько раз, будучи движимым какими-то благими порывами, окунаться, пачкаться и потом смердеть от прикосновения к себе подобным?!

Человек — существо социальное, и он вынужден жить в стае, где размножается и перепоручает специально обученным людям шить ему одежду, готовить ему пельмени из кожзаменителей, собирать ему авто и даже стричь ему патлы, если зарос. Мы думаем, что люди, нас окружающие, нужны нам именно для этих вполне обывательских целей, то есть для текущих нужд и треб. И страшно удивляемся черной неблагодарности не заметивших нашей особенности бульдозеров, которые прокатились по нашей судьбе, не моргнув глазом.

23
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:20

Только за последнюю пару-тройку лет я потерял кучу людей — именно потерял в необратимом смысле этого слова. Видимо, подобное тянется к подобному, и мои товарищи гибнут на войнах, падают в драках и не выживают в схватках с судьбою, что вполне по-мужски. Пусть интеллигенты мнут сиськи в поисках сглаза и плохой экологии. Мужчина живет весело и уходит легко! Так что мне казалось, что я умею терять близких… Казалось!

Оказалось, что многому еще предстоит научиться.

Какие еще мучения должен преодолеть Дух, чтобы, взглянув в зеркало поутру, Мужчина мог прошептать себе: «И это я смог, и это я пережил… Нет! Победил!»

Мы созданы для победы над собой. Я всегда считал, что состояние ежедневного подвига — это высшая добродетель. Только это бдение способно закалить Дух, очистить помыслы и стяжать полезность для своей страны, своего народа и своих близких, часто в ущерб себе самому.

Никогда Господь не наказывает нас, но посылает нам испытания для тренировки нашей воли и проверки нашей чистоплотности.

Кто-то готов на низость и подлость ради достижения своих целей, вспоминая заветное «цель оправдывает средства», но как омерзительны эти пресмыкающиеся! Гений и злодейство не совместимы! Эти слова Пушкина давно не давали мне покоя. И не то чтобы слово «гений» мозолило мне мозг, но злодейство и добро тревожили разум, качаясь на весах. Нет, не могут они проистекать друг из друга.

«К чему все эти сопли?» — спросите вы меня, а я отвечу вам:

— Уважаемые, сколько бед мы с вами натворили, перешагнув через близких и незнакомых, через огромные беды и мелкие неприятности, не встряв в историю, где могли бы сыграть ключевую роль, и оставшись там, где наш эгоизм сделал больно любимым нами людям.

Самое важное, что обязан уметь человек, — сделать выбор не в пользу своего мечтания, хотения или прихоти, но в пользу того человека, которого Господь послал ему как экзаменационный билет.

Сможешь ли забыть о себе любимом, сможешь ли заткнуть свое обожаемое «Я» себе в задницу, и лишь потому, что, может быть, это усмирение собственных амбиций поможет человеку сделать еще один шаг в этой жизни или хотя бы поверить в то, что не все в этой жизни подчинено алчности и себялюбию?

Именно с этого момента начинается Воин, а вовсе не с умения бряцать оружием!

Сильные люди — добрые люди! Я повторяю это всегда и не устану!

Мнение мое — и необязательно правильное! Так… Накатило… Пойду и нажрусь — душа ноет, как простреленное колено!

Синяя жилка нервно
Бьется под тонкою кожей.
Я не дарил Тебе вербы —
Куда мне, с моей-то рожей.
Я не дарил Тебе солнце,
Я не дарил Тебе ночи.
К чему Тебе эти подарки,
Живешь Ты сама, как хочешь.
Пиши мне о том, что было,
Пиши мне о том, что будет,
Пиши мне о том, что больно,
О том, что вряд ли забудешь.
Тонкая жилка нервно
Бьется сильней, но все же
Пиши мне, как только вспомнишь.
Не видишь меня, так что же…
Обещал не хворать?! Не помню я таких обещаний… Вы, видимо, не знакомы со мной — этот уродец иначе как на зубах даже о маме не вспоминает. Никогда себя не жалел и терпеть себя не могу, поэтому и изгаляюсь как ни попадя. Старики верно говорят: если сердце не порвалось там, где должно было порваться, на кой член мне такое сердце! Если в груди не забит гвоздь, если человек может дышать там и тогда, где и когда уже пора задохнуться, — с чего он взял, что он человек?

Нет, пацаны, если вам пришел пендык и что-то в жизни перекосилось, то делай что должно и будь что будет! А слеза, стекающая по мужской щеке, — это то малое, что мы еще можем себе позволить.

НО НИКТО И НИКОГДА НЕ ИМЕЕТ ПРАВА УВИДЕТЬ НАШУ СЛАБОСТЬ, ХОТЯ БЫ ПОТОМУ, ЧТО МЫ УЖЕ ДАВНЫМ-ДАВНО ЗАДУШИЛИ ЭТОГО ЗВЕРЬКА!

Сожалеть и оглядываться, цепляться и малодушничать… Даже для женщины это мерзко. А ведь мы те, в кого должны верить дети этой страны! Мужчина, оказавшийся в точке принятия решения, смотрит вокруг, видит самый тяжелый сундук и, не спросив, чье это, взваливает его себе на плечи. Ну не на женщин же его взваливать, не на дрищей тонконогих?! Не так много нас осталось, так кому же еще, если не нам, тащить то, что не под силу более никому.

Жизнь дала трещину и стала похожа на жопу. Бурятка улыбнулся и сказал: «НОМЕ, SWEET НОМЕ. Я в ней, в жопе, всегда и жил!»

Хотя мне казалось, что я все уже знал и победил, оказывается, есть еще что-то такое, что может удивить меня силой удара. Но лысого хрен с ног собьешь… Живого, во всяком случае.

Когда весенняя трава
Или осенняя прохлада
Напоминаньем обо мне
Коснется ног твоих нежданно,
Ты улыбнешься и вздохнешь.
Как хорошо, он где-то рядом…
И наплевать на целый мир,
Завистливо дышащий ядом
Не интересно и насрать
На все, что не про нас с Тобою.
Все бури минут, ну а мы
в обнимку с трудною любовью…
Матерь Божья Пресвятая Богородица, спаси нас!

Вы знаете, почему на Руси особо почитается Богородица? А потому, что русский мужик всегда был пьющим и буйным. После драки и с похмелья совать рожу к Спасителю — и стыдно и грешно, а Мать — она и есть Мать. Уж какой ты ни будь, а к ней никогда не стыдно.

Я тот, кто я есть, я жру водку, дерусь, когда считаю, что не драться нельзя, не молчу, когда ситуация требует правды, и молчу тогда, когда моя правда никому не нужна. Обычный русский мужик с явно монгольскими чертами «тяпки», яркий представитель быдла, которое в своем подавляющем большинстве и заселило эти гигантские просторы.

И вот этот самый идейный маргинал даже в дурном сне не мог представить, что когда-либо подпустит к своей грудной клетке кого-либо ближе, чем на взмах рукой… потому что клетка эта на то и клетка, чтобы не выпускать наружу «богатый внутренний мир».

Но, видимо, час пробил, звезда пошатнулась и перешла в иной градус, Господь сверил часы и сказал: «Пора».

История, приключившаяся со мной, настолько «не моя», что поразила меня гораздо больше многих эпохальных событий. Но дело не в сути событий, а в выводах из них…

Что есть женщина для настоящего мужчины? Надеюсь, ваша матушка в добром здравии? Так вот, материнские руки до гробовой ее доски будут заслонять вас от дождя, комаров и злых глаз.

Никогда, не забуду, как у меня сжалось сердце, когда в девяностых мама увидела, что я сплю с пистолетом под подушкой, и начала меня крестить в окно, наивно полагая, что выключенный свет не оставляет ее испуганного силуэта.

Мать — это то, порой единственное, что остается святого даже в конченом негодяе! Поэтому мы, пожалуй, единственные приматы, которые помнят своих родителей ВСЮ ЖИЗНЬ!

Надеюсь, Господь смог подарить вам дочь? Мальчишки слишком кобельки, чтобы разбудить в отцах настоящие родительские чувства, но девочки… Это именно то, что готов прикрывать спиной, даже если голова рке будет отстрелена и сердце перестанет биться. И тут даже безразлична природа этого явления, тут важна его трепетная причина Ничто так не сжимает сердце, как детская ладошка на небритой щеке и серьезное бормотание про какие-то сюрреалистические девчачьи проблемы.

Но женщина, та самая Женщина, которую Господь может послать вам только раз в жизни, а может и пренебречь вами в этом смысле, — она совершенно не вписывается в бытовые определения. Она не дочь и уж точно не Мать, она даже не любовница — Боже упаси! Это именно она способна стать тем идеальным образом, о котором вы робко мечтали еще в юности и присутствие которого смутно ощущали где-то рядом все эти долгие годы.

24
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:21

Я не про феромоны и не про 90–60—90. Совершенно насрать, как именно она выглядит, потому что это ТА САМАЯ ЖЕНЩИНА, которая повяжет свой шарфик на ваше копье, и вы скорее сдохнете в самой бездарной свалке, чем хоть на одну слезинку уроните себя в ее глазах. Мы грубые и часто по- хорошему самовлюбленные идеалисты, свято верящие в такую нелепость, как перманентное доказательство миру своей дееспособности и значимости.

КАК ЖЕ МИР УСТАЛ ОТ НАС!..

Да пошел он в зад со своей усталостью, уж лучше пусть трещит от нас, чем лоснится от педиков и слюнявых истеричек с ошибочно приставленным членом. И вот эти самые дурболаи совершенно разнузданы до тех самых пор, пока рядом не появляется Та, ради которой начинают смотреться в зеркало, драть волосы из носа и принюхиваться к подмышкам. Та, которая сумела разглядеть, что же именно скрывается за этими убогими чертами, солдафонскими выходками и звероватыми формами, понявшая, что есть жизнь для нас с вами, и не попросившая при этом больше не свистеть, не бегать по столам, не домогаться в пьяном виде до милицейских и не лезть в драку лишь потому, что вас обозвали козлом, ну или еще какой-никакой хренью.

Многим ли повезло встретить такую Женщину?

Молчите… Вот и я раньше молчал… Потому что милые дамы лишь в период влюбленности милы и снисходительны, а когда они отчетливо отождествили вас со своим очагом, ВЫ ПРЕВРАЩАЕТЕСЬ В СУЕТЛИВУЮ ЧАСТЬ ИНТЕРЬЕРА, что их совершенно очевидно раздражает.

Не уходите навсегда,
Ведь это слишком длинный срок.
Растают глыбы изо льда,
И пробежит ладонь песок.
Но не уйдите навсегда,
Оставьте шанс коснуться вновь
Той, что безумием полна,
Ту, что отравит страстью кровь.
Та самая Женщина не имеет права стать кастрюлей, мятой подушкой или поделенной зарплатой, потому что в этом случае она уже не повяжет тот самый невесомый шарф на ваше копье — или повяжет, да вы этого не заметите. Не дайте пошлой бытовухе испачкать тонкие материи судьбы. Мечта не может пить кровь или устраивать «поедание мозга», или вы ошиблись в своих мечтаниях.

Мужики, нам нужны женщины, знающие, зачем и почему мы такие, какие мы есть.

Одна беда… Где тот дурдом, где держат этих специально выращенных для нас красавиц? Наша Женщина есть и будет рафинированной мечтой, безумным желанием, той целью и той Надеждой, которая если и сбудется, то только через тот самый подвиг, о котором я сумбурно талдычу.

А пока… Мужчина должен узнать про себя много нового в части крепости Духа и Воли. Уж лучше начать отрезать себе пальцы, благо их много, чем, даже пускай невольно, задеть судьбу той, которая, возможно, и не нуждалась в вас никогда, но сумела разбудить тот самый камень в груди, оказавшийся кипящим базальтом.

Примем же с благодарностью благую весть о существовании нашей Мечты, исполнимся Надежды и станем лучше там, где многие превратились в ничтожества!

А для чего еще Господь посылает нам такие жестокие послушания?! Именно в эти тягостные времена Душа становится именно тем, что приобретает истинную цену.

Не пей воды, стекающей из глаз,
Убойся отравиться эти ядом
Хотя…
К чему вся это пышность мелких фраз.
Как жаль…
Но счастье задохнулось где-то рядом.
Мы не созданы ни для чего, кроме боя. Совершенно очевидно, что мы сами сделали себя такими.

Это как муравьи-стражники, которые могут убивать или не убивать, но им не суждено сделать кого-ли- бо счастливым…

Но Великое Время идет, и только Небеса знают, что будет в эпилоге. Поэтому я не верю в случайности, ну не из садизма же со мной так…

А дочери — это реально то малое, что всепрощаемо и обожаемо до неприличия… Причем это касается всех, кого я знаю. Порой настоящие монстры превращаются в уси-пусиков, да еще таких, что и смотреть как-то неловко. Господь совершенно очевидно пытается исправить жестокость своими, надо сказать, остроумными методами!

Банда малолеток с монтировками в руках не в состоянии так разбить вам голову, как это может сделать приличная на вид дама.

Милая, глупая девочка,
Я же люблю тебя.
Ты, как апрельская веточка,
Долго была моя[1]
Вместо эпилога. Щенок бультерьера

Он был маленьким и умильным, как плюшевые пародии на зверят в магазине игрушек. Мягкая, велюровая, ослепительно белая шкурка лоснилась, и лишь на глазах игриво разместились два черных монокля, делая его похожим на японского офицера — узкоглазого очкарика из кино про Халхин-Гол.

Это был мой Олаф — долгожданный щенок бультерьера. Мальчик, родившийся от мегачемпиона мира Бриза и знаменитой Рипли, взбалмошной бультихи, которая лазила по наклоненным деревьям, уничтожала кошек и нападала даже на детские велосипеды.

Полное имя моего пса было Олаф каас де Клер, но мы звали его просто Олаф, а потом Олафацик, а приглядевшись к его повадкам, стали звать просто Фацик.

Взрослые собаки никогда не кусают щенков. Они могут что-то напутать и кинуться к малышу, приняв его за мелкого соперника, но, тут же учуяв детский запах, смущаются и стыдливо отбегают в сторону. Это касается всех собак… исключая щенков бультерьера. Что тому виной, сказать трудно, очень может быть, что столь странного вида животные были получены не вполне обычными методами селекции. Может быть, уже в детском возрасте от них пахнет будущей агрессией — все может быть. Нам трудно — если вообще возможно — это постичь.

Но факт остается фактом. На собачьей площадке взрослые кобели рвали моего пятимесячного щенка в мелкие лоскуты с самого первого дня. Он огрызался как мог, не скулил и не рычал — он именно кричал от ужаса и боли, клацая еще детскими зубами.

— Ты чего не остановишь — убьют ведь собачонку?

— Чей это овчар, пусть тот и останавливает. Моего не убьют!

После первых прогулок я нес Фацика на руках, перемазавшись кровью. Квартира начинала напоминать фронтовой блиндаж. Промывание ран, повязки, уколы и прочие чудеса полевой медицины. Так, без особых изменений, мы гуляли буквально месяцев до десяти. Как-то постепенно количество нападений уменьшалось, потому что щенок явно возмужал. Он еще не мог оказать реального сопротивления взрослому ротвейлеру или доберману, но уже мало походил на затравленного мальчика для битья.

Пса звали Рой, это был тот самый кобель немецкой овчарки, который порвал Олафа в самый первый раз и драл его с периодичностью письма из армии, то есть раз в неделю. Он то ли был вывезен летом на дачу, то ли гулял некоторое время на другой площадке, но они не виделись около трех месяцев.

Перемены, произошедшие с Фациком, никак не поменяли привычек Роя. Обоссав все самые козырные углы и гордо пройдя посередине стаи резвящихся псов, он вдруг резко кинулся к угрюмо стоящему в стороне булю. Сознаюсь, у меня сердце сжалось. «Да сколько же можно?!» Не успел я это процедить сквозь зубы, как увидел то, что потом долгие годы сводило меня с ума.

Вы видели, как дерутся бультерьеры? Нет, не матерые и гибкие питбули, не хитрые алабаи и не тяжеловесные кавказцы? Вы видели, как атакует сгусток энергии высотой с детскую табуреточку и с пастью в треть собственного размера?!

Рой не успел даже припасть на лапы, он только дернул головой в сторону Фацика, как тот, не издав ни единого звука, взорвался, взлетел с четырех лап и буквально сшиб овчарку ударом пасти, схватившей добрую половину головы противника. Рой был могучим псом, он сумел встать и попытался стряхнуть Фацика, но тот начал буквально пережевывать его голову, раздирая череп рывками в стороны.
25
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:21

Хозяин Роя сначала опешил и вдруг резко превратился из самодовольного увальня в плаксивую истеричку.

— Остановите, прекратите, хватит — убьет ведь!

— Не убьет. Моего же не убил за эти полгода…

— Стоп, стоять!

И вдруг мужик начал бить моего пса ногами и рубить по голове металлическим поводком, сделанным из тонкой цепи. Я даже не успел сообразить, как именно оказался рядом. Окровавленный Фацик рвал визжащего от ужаса Роя, а я пинал осевшего и мычащего хозяина.

— Не надо собачек по глазам цепью!.. Не надо, нехорошо это! Забирай свой кусок позора. Ему нужно полбашки на место пришить. Если нужны деньги на операцию, вот мой номер, по нему же можно меня найти, если у нас остались какие-либо проблемы.

Ему было тогда чуть больше десяти месяцев, по собачьим меркам — взрослеющий подросток, он шел домой с таким ликованием, так крутил изрубленной головой, что казалось, он кричал: «Это мой мир! Я получил право в нем жить!»

Я никогда не стравливал собак, считая это извращением и неоправданной жестокостью. Но и не разнимал собак, если с той стороны был достойный пес, а не коврик прикроватный. Псы сами решат свои дела — кто дал мне право мешать им это сделать?

После этой первой драки Фацик дрался, как гладиатор. Причем, в силу нордически-тормозного спокойствия, он не задирался, а всего лишь моментально реагировал даже на мимолетную агрессию в свой адрес.

Однажды его придавил к земле и схватил за голову огромный кавказец, причем вся голова буля поместилась в пасти овчарки. Я опять-таки не вмешивался, хотя кавказец явно пытался сломать Фацику шею, крутя и прижимая туловище к земле. Буль просто хрипел, но это был голос именно ярости. Я слышал это и, как ни суетились вокруг собачники, стоял и молчал — сами разберутся.

Через пару минут кавказец задохнулся и как- то обреченно выронил голову противника из своей необъятной мясорубки. На землю упал не пес, на землю выпал воплощенный ужас, просто дух боя. Вся морда Олафа была в крови и слюне, мокрая шерсть стояла дыбом, разодранные глаза превратились в окровавленные щелки. Казалось, от дикого напряжения собака стала просто чугунной и раскаленной.

Перестав хрипеть, Олаф приземисто осел, встряхнул головой и вдруг рванулся вперед, как снаряд. Кавказец, приняв удар, пошатнулся и попытался подставить бок, пряча голову и горло. Пролетев мимо горла, буль оказался у задней ноги и, ни секунды не раздумывая, вцепился в основание хвоста. Пес обреченно пошатнулся и упал кульком, все, включая меня, кинулись ему на помощь.

Я придушил Олафа поводком и снял с противника. В итоге хвост у кавказца купировали, он был сломан… А мой боец при прочих резонах выбирал для атаки именно основание хвоста.

Нравилось ли мне, что мой пес дерется? Если совру, что нет — не верьте, я точно знал, что он победит, хотя практически во всех эпизодах он был и легче и мельче тех ротвейлеров, овчарок и алабаев. При этом меня очень радовало, что он никогда не лаял, не рычал и не провоцировал собак на драку.

Они обнюхивали его и вдруг поднимали шерсть дыбом ОН ПРОСТО БЫЛ ДЛЯ НИХ ДРУГОЙ — он был чужой для всех! Окружающий мир не хотел его — он был либо один, либо дрался. Так дошло до того, что при нашем появлении бравые собаководы собирались домой, утаскивая на поводках своих явно не декоративных псов. А на выставке эксперты давали первые премии и, вздохнув, всерьез обещали снимать их, если добавится еще один шрам, совершенно очевидно предполагая, что я зарабатываю деньги на собачьих боях. Но Олаф был моим братом. Делать деньги на крови близких — это мерзко!

Была середина девяностых — лихое время. Я вынужден был уезжать в Питер, жил там, где попало, сам как дворняга — впору завыть. Фацик остался жить с моей мамой. Он очень тяжело переживал мое исчезновение, но мама есть мама. Она таскала его на длинной веревке, не давала драться и все норовила сходить с ним в лес, подальше от собак, где такой фейерверк запахов и звуков.

Олаф был счастлив. Однажды на лесной опушке они повстречали девочку-бультиху и ее хозяина.

Олаф как-то даже растерялся, настолько хорошенькой была эта белая самочка. Они подружились, а хозяин девочки очень высоко оценил экстерьер и характер нашего пса. Оказалось, он заводчик бультерьеров и живет буквально по соседству.

— А где хозяин?

— В Питере, не до собаки ему..

— Тяжело женщине с таким-то терминатором. Килограммов сорок, наверное, весит, да и, судя по шрамам, далеко не скромник?

— Тяжело, но что делать, любим мы его…

— Надумаете продать — куплю за хорошие деньги, а если вдруг дадите повозиться с ним, буду благодарен. Редкий пес — обожаю бультерьеров!

Разговор был ни о чем и забылся сам собой. Никто и никогда нашего пса не продал бы.

Но вот в конце лета моей маме-пенсионерке предложили путевку в санаторий — событие для нее не рядовое, потому что кому нужны сейчас наши старики, да и здоровье с годами утекает, как песок между пальцев. Мама хотела было отказаться, потому что совершенно не представляла, куда девать Фацика, как вдруг вспомнила о давнем разговоре.

— Помните, вы предлагали собачку на время взять? Мне путевку предложили на десять дней, не выручите?

— Более чем выручу. У меня совсем недавно собака погибла под машиной… Тоскую дико, а так хоть отдушина, поиграем, откормлю вашего богатыря — не узнаете. Не волнуйтесь. Давайте так. Я его возьму дня на три — посмотрим: если все нормально, то езжайте с Богом, не переживайте.

— Вот и славно! Жаль вашу девочку — хорошенькая была.

— Не то слово… Приводите быстрее!

Запах знакомой девочки просто свел Олафа с ума, он был весел, подвижен, бегал по квартире и упивался скорой встречей. Прошло три дня, временный хозяин и Фацик души не чаяли друг в друге.

— Ну что ж, поезжайте — все нормально

— Спасибо, я позвоню дня через три-четыре.

— Звоните, не беспокойтесь. Мы нашли общий язык. Не такой уж он сумасшедший, как про него слухи ходят.

Мама уехала наутро.

Мы очень далеко ушли от природы, потеряв возможность находить дорогу по запаху, различать важное в темноте и слышать сердцем тех, кто нам дорог.

Олаф как-то тяжело проснулся, встал и вдруг отчетливо понял, что ЕГО БРОСИЛИ! Он не стал суетиться, судорожно искать меня или маму, он обреченно опустил голову и отказался от прогулки. Потом он угрюмо лег и, тяжело дыша, уставился в одну точку. Ни вода, ни пища его уже не интересовали.

Жизнь перестала иметь смысл, когда то, что БЫЛО ЕГО СЕМЬЕЙ, оставило его. Он как настоящий Мужчина просто не умел жить для себя.

Когда к нему подходили ближе, чем на шаг, он, не поворачивая головы, глухо рычал, да так, что не оставалось сомнений — еще шаг, и он убьет любого, кто посмеет прикоснуться к нему. Он уходил — уходил страшно, сгорая изнутри тем жутким огнем, который оставляет зияющую дыру вместо сердца.

Он так и не поднял головы. Через три дня его не стало…

Не предавайте нас.

Мы странные. Мы умираем, когда нас предают. Бывает, что агония длится годами и вчерашние кумиры татами и ринга тихо спиваются, забытые ветреными поклонниками и брезгливыми родными, у которых, оказывается, так много оснований нас ненавидеть.

Нам ничего не надо в этой жизни, кроме Веры в ТО, что мы делаем, и в ТЕХ, кто рядом. Забери у нас один из этих костылей, и мы рухнем без надежды на реанимацию.

Вы хотите стать бойцом — вас влекут победы и ликование, вы хотите стать лучшим из лучших. Вы хотите ЭТОГО?! Подумайте, какую цену придется вам заплатить, потому что вы станете чужим для подавляющего большинства НОРМАЛЬНЫХ людей. Вместо обожающих вас глаз вы найдете тысячи завистников, менее удачливых, чем вы, ждущих вашего поражения, а не находя его, готовых выдумать любую мерзость, лишь бы унизить вас хотя бы так.

И не дай вам Бог упасть… А вы обязательно упадете в конце этого Пути! Как падали ВСЕ до вас!

Вы готовы к этому? А зачем это вам? Ответьте себе на этот вопрос — ответьте честно и найдите в ответе ВЫСШУЮ ПРИЧИНУ. Потому что без нее вам суждено однажды лежать, глядя в одну точку, понимая: ВСЕ КОНЧИЛОСЬ. Вы просто ошиблись когда-то. Вы никому не нужны. Как уже раздражает всех великий Тайсон, которому не повезло разбиться на самолете, как Рокки Марчиано.

26
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

К Н И Г И !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сообщение Тренер » 06 июн 2014, 15:22

Драка ради драки — психическая болезнь. Отсутствие любимых глаз, верящих в тебя, — приговор.

И все-таки вы решились? Тогда ВПЕРЕД — и ТОЛЬКО ВПЕРЕД! Отсутствие выбора крайне упрощает выбор! Бог милостив к идиотам… Аллилуйя!

Люди! Пожалуйста, любите нас. Мы пугающие, нелепые существа, исполненные дебильных добродетелей и стремящиеся к идиотским ценностям.

МЫ БОЙЦЫ! Простите нас за это.

Господи Иисусе Христе — спаси нас!

Мысли, слова и жизнь, описанная в этой книжонке, мои — и не обязательно правильные. Не судите меня строго — никто не совершенен.

С уважением ко всем и всему,

А. Кочергин www.koicombat.org

P. S. По ком звонит колокол

Каждое утро просыпаюсь с приятным предвкушением тренировки, жизнь в последнее время все чаще испытывает меня на прочность, причем именно «…по силам вашим». Так что единственная настоящая отдушина — мое КАРАТЭ. Как мне хорошо и уютно на татами, куда пропадают эти жуткие ожидания беды и осмысление уже совершившихся мерзостей. (Впрочем, мы без всяких сомнений заслуживаем то, что получаем, — кто-то как оценку сделанной ошибки, а кто-то для укрепления Духа и чистоты помыслов.)

В общем, пребывая в предвкушении приятного, иду и — сознаюсь — представляю, как я сейчас выгляжу: сбросивший двадцать килограммов, возмудевший и похужавший. Приятно, когда работа еще и видна…

Иду, сам собой довольный красавец, мимо металлического забора в самых мажорных настроениях. За поворотом вижу трухлявого и неопрятного деда — бомжа, буквально висящего, держась одной рукой за прут этого самого забора.

«Денег надо дать, если мелкие есть», — первое, что приходит в голову.

Дедушка тем временем пытается поговорить с девочкой молоденькой — та замешкалась и как-то бочком… Стесняется уйти…

— Батя, ща гляну… Если мелкие есть — дам, если нет — не обессудь.

— Да не нужны мне деньги — дойти помоги, не дошагать мне…

Он был очень грязным, видимо, спал в подвале дома прямо на земляном полу, на бородатом лице намерзли сопли и слюни, от него пахло, как пахнет в привокзальном туалете.

А у меня тренировка через десять минут, мне спешить надо, меня люди ждут, да и деньги в кошельке только крупные — ну не давать же ему 500 рублей с бухты-барахты?! Опаздываю я, опаздываю…

Я повернулся и пошел, девица так и не могла уйти, потихоньку пятясь от деда, не решаясь повернуться сразу. У меня тренировка, а он грязный и вонючий, а деньги только крупные, а времени нет, а он грязный, да я и не должен…

Дед сиротливо висел на железном пруте, висел, как забытая на заборе половая тряпка, которую проще не заметить, чем придумать, как использовать ее ветхое тело.

— СТОЙ, ТВАРЬ, ОГЛЯНИСЬ! КТО ТАМ ВИСИТ?! КТО ЭТО?

От этого голоса в голове у меня буквально ноги подкосились. Я обернулся.

— КТО ЭТО? КТО ЭТО?! ДА ЭТО ТЫ, ПРИГЛЯДИСЬ — НЕ УЗНАЕШЬ?! КТО СКАЗАЛ, ЧТО ПРОЙДЕТ КАКИХ-ТО ПАРУ ЛЕТ ИЛИ ДЕСЯТИЛЕТИЙ И ТЫ НЕ БУДЕШЬ ВОТ ТАК ЖЕ ВИСЕТЬ, ВЦЕПИВШИСЬ БЕЛЫМИ РУКАМИ В МЕТАЛЛИЧЕСКИЙ ПРУТ?! КТО СКАЗАЛ, ЧТО ТЫ ПОЖИЗНЕННО ЗДОРОВ, ВЕСЕЛ И ДАЖЕ ЕСТЬ НА ЧТО ПОЖРАТЬ? КТО СКАЗАЛ, ЧТО ЭТО НЕ КОНЧИТСЯ ЗАВТРА, КТО ТЫ ТАКОЙ, ЧТОБЫ УВЕРОВАТЬ В СВОЮ НЕПОТОПЛЯЕМОСТЬ? ПРИГЛЯДИСЬ к этому ДЕДУ — ВОТ КТО ТЫ!

Я с ужкасом подумал, что мог пройти мимо, я мог убедить себя, что мне не по пути с этим человеком, который все утро не может понять одного:

— НУ ПОЧЕМУ Я НЕ СДОХ ЭТОЙ НОЧЬЮ, НУ ЗА ЧТО МНЕ ЕЩЕ ОДИН ДЕНЬ?!

Чуть не захлебнувшись слезами ужаса, я выдавил из себя:

— Батя, а куда тебе?

— К метро мне надо…

— Это далеко очень… Думаю, больше километра.

Он обреченно молчал

— Пошли.

Дед ничего не весил, идти он не мог совершенно, но мы потихонечку шли, у него сваливались брюки, и он держал их закоченевшими, синими руками.

— Всё — не могу больше, посади меня куда-ни- будь…

Я посадил его на оградку газона, вынул и отдал ему злополучную пятисотку. Немного постояв, виновато пошел. Обернулся. Дедушка сидел, уронив голову на провалившуюся грудь, — старый растерзанный жизнью человек, возможно, и виновный в том, что сидит сейчас на этой трубе в этих лохмотьях, а может, и не сделавший ни одной подлости в своей долгой жизни… Кто знает. Но он сидел и орал мне в лицо — своей отчаянной нищетой, запахом свой смерти:

— ЭТО ТЫ! ТЫ! ТЫ! ТЫ!

Нет и не может быть чужих детей, ну или у нас просто нет сердца!

Нет и не может быть чужих стариков, как бы оскорбительно они ни выглядели.

Господь открывает нам глаза на то, что должно, и он никогда не шутит — он очень серьезен.

Каждый из нас — в этом умирающем старике, в этой полоумной старухе, сидящей на асфальте, в этих беспризорных детишках. Ужас, дикий ужас живет в паре метров от каждого вашего шага — не оступитесь, не пройдите прямо, видя, что именно в шаге от вас. Иначе Создатель сумеет обратить ваше внимание самым простым способом, в котором жизнь — это всего лишь листок бумаги с вашей историей, измять который и вытереть им жопу может даже просто равнодушный прохожий.

Меня всегда любили маленькие детки, бродячие собаки и городские сумасшедшие. Я стою у метро в спецназовской форме, а ко мне лезут поговорить нищенка и бомж-калека… Как радостно, что во мне осталась хоть крупица человеческого, впрочем, не мне судить и каждый узнает итог своего Пути — придет час.

Когда упал Вавилонский Столп, он придавил восемнадцать человек. Дерзкий дядька с издевкой спросил фарисея:

— Чем эти восемнадцать провинились более остальных?

— Ничем. Это были достойные люди

— Так за что же им такой конец?

— Если эти достойные люди приняли столь страшную смерть, то на что тогда могут рассчитывать самонадеянные грешники?..

Мир вокруг нас — это МЫ, в каждом окружаю- щем нас человеке есть наша частица! Мир этот не страшный, он просто грязный, начните уборку с себя, и поневоле он изменится — у него просто не останется иного выбора. Обрети Дух мирен, и вокруг сотни спасутся! Это Батюшка Серафим Саровский сказал. Верую в это искренне. Храни, Господи, всех нас!

Не спрашивай, по ком звонит колокол, потому что он звонит по тебе.

27
...ЛЮДЕЙ НЕ ОБМАНЕШЬ...
Аватар пользователя
Тренер
 
Сообщений: 2399
Зарегистрирован: 02 дек 2010, 09:52
Откуда: КУДО-Тула

Пред.

Вернуться в Главное МЕНЮ



Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

cron